четверг, 25 августа 2016 г.

ФОТО, ПОКОРИВШЕЕ УКРАИНУ: ИСТОРИЯ ГЕРОЯ УКРАИНЫ, ГЕНЕРАЛ-МАЙОРА ИГОРЯ ГОРДИЙЧУКА

Юрий Бутусов,  материал от 21 октября 2014:
Приказ “Сумраку” – “держать Саур-Могилу любой ценой”
Высота 277 Саур-Могила стала знаменитой во время Второй мировой войны – она была ключевой позицией немецкой обороны на “Миус-фронте”, при ее
штурме погибло в полном составе несколько советских дивизий. Высота сохранила свое стратегическое значение и во время российско-украинской войны.  

Прямой обзор в ясную погоду – до 40 километров, а столбы пыли от движения военных колонн позволяют обнаруживать противника на еще большую дистанцию. Именно после занятия Саур-Могилы и оборудования там наблюдательного поста российские артиллерийские корректировщики сумели фактически заблокировать все передвижения на дорогах и отрезать от снабжения 24-ю, 72-ю механизированные и 79-ю аэромобильную бригады в секторе “Д”.

Вывод войск был возможен только в случае захвата Саур-Могилы. Высота имела стратегическое значение для всей обстановки на приграничном участке фронта, и лучшие отряды российских и кавказских наемников “ДНР” были брошены на ее оборону. Они действовали при мощной огневой поддержке российской артиллерии, которая безнаказанно била по нашим войскам с территории РФ – высота находится в зоне поражения. Высота прикрывалась российской ПВО – российские истребители патрулировали вдоль границы, и 24 июля сбили над Саур-Могилой два украинских штурмовика Су-25.

Для обеспечения захвата высоты украинское командование впервые в войне применило самое мощное средство огневого поражения на вооружении ВСУ – 28 июля по высоте был нанесен удар двумя оперативно-тактическими ракетами “Точка-У” 19-й ракетной бригады.

Подразделения 51-й механизированной, 25-й воздушно-десантной и 95-й аэромобильной бригад 28 июля завязали бои по захвату высоты, но только 3 августа наконец полностью отбили высоту у российских наемников. Противник сражался за высоту отчаянно, и сил не щадил.

Однако удержать высоту было крайне сложно. Наверху горы было всего несколько небольших укрытий. А российская артиллерия вела массированный обстрел высоты и прицельно с помощью беспилотников била по укрытиям. Украинские подразделения занимали гору, но удержаться под шквальным обстрелом было невероятно тяжело. 

Село Петровское у подножия Саур-Могилы было занято нашими подразделениями, но сама гора раз за разом оставлялась – постоянный шквальный огонь российской артиллерии чередовался с атаками отрядов российских и кавказских наемников. Российские танки, снайперы, гранатометчики били прямой наводкой.

Но командование Антитеррористической операцией приняло решение удерживать высоту – дело в том, что российские колонны на южном фронте находились в поле зрения наблюдателей с Саур-Могилы, и наносить им огневое поражение было возможно, только если вершина находится в наших руках.

Командующий Антитеррористической операцией Виктор Муженко принял решение: высоту взять под контроль любой ценой. Обеспечить постоянное наблюдение и корректировку артогня по прорывающимся российским колоннам в приграничном районе. Для выполнения этой задачи был нужен необыкновенный командир, который останется в живых, который сумеет мотивировать бойцов и организовать оборону и корректировку огня в смертельно опасных условиях, при огромном превосходстве противника в огневых средствах. И лично Муженко принял решение направить на Саур-Могилу командира, который был у него в штабе и которому он абсолютно доверял.
Этим человеком был полковник Игорь Гордийчук.



























Фото Facebook Юрий Бутусов
Участник многих боевых спецопераций на фронте был известен многим в АТО как позывной “Сумрак”.
Я пообщался с его сослуживцами и боевыми товарищами, ознакомился с некоторыми материалами его биографии и боевой работы.

Гордийчук Игорь Владимирович родился 12 ноября 1972 года.
Получив задание от командующего АТО, Гордийчук не колебался, а сразу приступил к подготовке для выполнения боевой задачи. Времени было немного. Сил – тоже.

Один из друзей Гордийчука, авторитетный командир спецназа, полковник К. сказал: “Трудно подобрать слова, чтобы в должной мере оценить поступок Гордийчука и его группы. Игорь прекрасно понимал, что это билет в один конец. И шансов не вернуться с этого задания гораздо больше, чем шансов выжить. Там было смертельно опасно. Но он как военный человек понимал ключевое значение Саур-Могилы, и знал, что этот приказ необходимо выполнить. “Сумраку” поступил приказ держать оборону Саур-Могилы любой ценой”.

12 августа разведчики Гордийчука в составе 14 человек из группы специального назначения “Крым” прорвалась на Саур-Могилу, взяли под контроль наблюдательный пункт на вершине, и приступили к выполнению боевой задачи – корректировке артогня.

Как отметил один из наших высокопоставленных украинских военачальников П.: “Работа Гордийчука была результативной и оказывала большое влияние на всю обстановку на южном фланге фронта. По выявленным колоннам боевой техники, которые незаконно вторгались на территорию Украины, многократно наносились удары артиллерией “. 

Эффективность ударов разведка оценивала очень высоко. У нас не было в том районе беспилотников, а российская ПВО не позволяла применять авиацию. Действия группы Гордийчука заменяли эскадрилью разведывательных самолетов. Но наши самолеты сбивали – а вот Гордийчука с Саур-Могилы сбить не удалось никому”.

Противник мгновенно оценил возникшую угрозу. Для уничтожения украинского отряда были привлечены крупные силы российской артиллерии и отряды российских наемников с бронетехникой.
Постоянными шквальными артналетами противника была выведена из строя аппаратура связи. Гордийчук продолжил корректировку огня по телефону. Связь работала очень плохо, но в некоторых точках горы можно было передавать данные по обычному мобильнику.

Небольшой отряд украинских войск – сводная батальонно-тактическая группа 51-й механизированной бригады численностью как обычная рота занимала село Петровское у подножия Саур-Могилы, но их сил хватало только для обороны и прикрытия машин снабжения, которые иногда прорывались на Саур-Могилу. В Петровском был источник воды.

Группа Гордийчука находилось под постоянным огнем тяжелой артиллерии, и почти ежедневно пехота противника штурмовала вершину.
Укрытия спасали жизни, но от близких разрывов бойцы получали ранения и особенно сильные контузии, которые выводили людей из строя. Гордийчук также неоднократно был контужен, но позицию не бросал, только иногда он отключался в блиндаже, но потом восстанавливался.

Дневные штурмы иногда отражались с помощью артиллерийской поддержки, но нередко только с помощью стрелкового оружия и гранатометов. Наемники предприняли также шесть попыток захватить Саур-Могилу ночью. Защитники вершины выдержали множество боев на ближней дистанции. Благодаря грамотно организованной обороне и уровню индивидуальной подготовки защитники несли минимальные потери.

Один из сослуживцев Гордийчука полковник В. вспоминает: “Мы понимали, насколько отчаянным было положение на Саур-Могиле. Гордийчук просил у нас только боеприпасы и таблетки от головной боли – потому что под постоянным обстрелом артиллерии все защитники получали в разной степени контузии. Это было невероятно. С 12 августа отряд Гордийчука почти без сна непрерывно отражал штурмы либо подвергался обстрелу тяжелой артиллерией”.

18 августа стало очевидно, что предел человеческих возможностей есть даже у этих железных людей. Бойцам на Саур-Могиле было нужно подкрепление – хотя бы чтобы немного поспать и отдохнуть. Задачу провести помощь на Саур-Могилу получил офицер штаба высокомобильных десантных войск полковник Петр Потехин. 

“Цензор.Нет” записал интервью с Потехиным, выложим его в ближайшее время в полном объеме. Обстановка обострилась – маленькую группу украинских войск в Петровском и на высоте 277 от ближайших украинских позиций к тому времени отделяло свыше 30 километров территории, контролируемой диверсионными группами противника. Обстановка в секторе “Д” уже давно вышла из-под контроля командования АТО, противник имел в секторе ничуть не меньше сил и огневых средств.
















К тому времени обстановка в секторе “Д” серьезно обострилась. В секторе для ведения боевых действий и прикрытия границы на фронте в 100 километров осталось несколько слабых пехотных и артиллерийских подразделений, общей численностью менее тысячи военнослужащих, включая тыловиков, 

связистов и ремонтников. Большинство дорог и узлов коммуникаций не контролировалось. Саур-Могила оставалась главной ареной сражения – потеря высоты лишала украинское командование информации об обстановке в секторе и возможности огневого воздействия. Пока Саур-Могила была в наших руках, маневр противника в приграничном районе был скован.

Потехин повел на Саур-Могилу группу из 8 бойцов 25-й воздушно-десантной бригады. Вместе с ним на помощь Гордийчуку пошла группа из 17 добровольцев-разведчиков из состава 4-й роты 42-го батальона территориальной обороны Кировоградской области под командованием подполковника Александра Мельниченко – позывной “Сокол”. Потехин вез также новую аппаратуру связи. И Мельниченко и Потехин прекрасно 

понимали, что они направляются туда, откуда почти нет шансов вернуться. Группа “Сокола” состояла из добровольцев, которых командование даже не успело включить в состав новой части – помощь “Сумраку” была необходима немедленно, и те, кто вызвался идти на смертельно опасное задание, пошли в бой без каких-либо бумажек.

К ним присоединилась группа артиллерийских корректировщиков. На Саур-Могилу пошли только добровольцы, которых добровольно на помощь товарищам повели БМП 28-й механизированной бригады и БТР 3-го полка спецназ.

Потехин провел подкрепление на Саур-Могилу, и Гордийчук осуществил ротацию – группа “Крым” ушла. Но сам полковник остался на вершине, и продолжал выполнять боевую задачу и сообщать информацию о противнике.

Во время очередного массированного штурма 19-го августа полковник Потехин был тяжело ранен, погиб десантник Кандела… Раненых эвакуировали. Гордийчук с Саур-Могилы не уходил. Бойцы 4-й роты 42-го батальона Территориальной обороны Кировоградской области под командованием подполковника Александра Мельниченко – позывной 

“Сокол”, помогли удержать Саур-Могилу – они тоже стояли до конца.
Десантник 25-й бригады Денис Мищенко, защищавший Саур-Могилу, вспоминает о том, как сражались наши воины:

“В укрытиях вокруг горы, в полях вокруг горы было большое количество трупов боевиков, уничтоженных при отражении атак на высоту. 
В окрестностях высоты было разбросано огромное количество брошенного ими снаряжения, оружия, боеприпасов. Под Саур-Могилой была мертвая зона. Запах просто ужасный. У них не получалось нас взять. И за это российская артиллерия громила нас круглые сутки. Это был ад”.

Боец 4-й роты 42-го батальона Олег Мезенцев вспоминает о полковнике так:
“Вечно непосидючий, бегает, полковник, забежит, говорит с кем-то и одновременно протягивает руку, мол – дай воды попить – так же молча набрал ему воды, он быстро выпил и опять убежал. Здороваюсь с ним – здравия желаю! а он в ответ все время – привет, братка! С таким теплом вспоминаю его. Выздоравливай, полковник!”

20-го августа после очередного артиллерийского налета и атаки наемников обескровленные подразделения 51-й бригады самовольно покинули Петровское. Аппаратура связи на вершине была снова выведена из строя, связь шла по мобильникам. Однако очередные атаки пехоты защитниками высоты были отбиты.

С 20-го августа пограничный район по сути был уже занят отрядами российских наемников, действующими при поддержке российской артиллерии. Защитники Саур-Могилы находились в полном окружении – ближайшие наши позиции были в 40 километрах. Однако отряд украинских спецназовцев продолжал держаться.

Сержант Сергей Стегарь из 25-й бригады, который также до конца защищал Саур-Могилу, рассказывает: “Гордийчук говорил нам: вы – десантники, вы должны стоять до конца. Враг наступает, все кто сражается – все на передовой, а в тыл бегут одни обосравшиеся. Мы не должны рассчитывать на помощь – мы обязаны выполнять свой долг. Крутой мужик”.

23 августа днем российские войска начали наступление на Южном фронте в секторе “Д”. 24-го утром “Сумрак” продолжал передачу сведений о многочисленных колоннах российских войск, наводнивших район Саур-Могилы. Но по переданным координатам наша артиллерия уже не могла наносить удары – ей пришлось отойти от Саур-Могилы под ударами регулярных российских войск.

24-го последовал очередной штурм высоты – снова били танки прямой наводкой, новый отряд пехоты противника – кавказские наемники, лезли на высоту. И снова штурм был отражен с большими потерями для противника.
Постоянные массированные артиллерийские бомбардировки Саур-Могилы продолжались – российские войска просто засыпали высоту снарядами и ракетами.

Бойцы говорили Гордийчуку, что удержание высоты в таком глубоком тылу противника, без артиллерийской поддержки, нецелесообразно. Но “Сумрак” без приказа командующего АТО был не намерен отступать. И группы спецназ “Крым”, группа “Сокола”, группа десантников 25-й бригады продолжали выполнять боевую задачу.

Приказ на отход с Саур-Могилы поступил вечером 24-го августа. К тому времени стало ясно, что Саур-Могила находится в плотном кольце – машина 3-го полка спецназ, которая прорвалась, чтобы спасти раненых, была расстреляна российскими наемниками в Петровском. Один раненый – Иван Журавлев, попал в плен, остальных раненых наемники убили. Погиб “Тренер” – Тимур Юлдашев, выдающийся украинский патриот из Луганска.

Ночью “Сумрак” дал приказ на отход с Саур-Могилы. Перепаханная высота 277 была оставлена украинскими воинами после 12 суток непрерывных боев. Все эти 12 суток под постоянным огнем врага полковник Гордийчук не бросал занятую позицию, несмотря на ранение в руку и контузию.

“Сумрак” вел свою группу ночами. Они шли к ближайшим позициям украинских войск – это была уже окруженная на тот момент российскими войсками под Иловайском группировка сектора “Б” генерала Хомчака, которая заняла круговую оборону и отбила все атаки российских частей.
Разведчикам удалось скрытно пройти по тылам противника около 60 километров и присоединиться к нашим войскам под Многопольем.

 Вместе со всеми украинскими частями они пошли на прорыв 29-го августа.
Вспоминает сержант Стегарь:

“Мы ехали в одном грузовике. Гордийчук был в кабине водителя. Нас обстреляли внезапно, и тут же машина была накрыта снарядами и минами. Взрыв произошел в кузове, машина загорелась. Мы вывалились из пылающей машины, подойти на помощь полковнику не могли – огонь по дороге был невероятной плотности, надо было отвечать. И дверь кабины открылась, и Гордийчук сам выбрался из 

машины. Он выполз к нам сам. Мы его подобрали и сделали перевязку. Рана была страшной – было невероятно, что это мужик сам двигался с такой раной и пытался продолжать бой. Крупный осколок поразил затылочную часть, неприкрытую каской. Полковник пытался продолжать командовать боем, он даже срывал повязку. Но вскоре от потери крови он остался без сил. 

Российские десантники взяли в плен меня, Гордийчука и еще несколько бойцов. Полковник был без сознания. Нас собрали на поле, а Гордийчука они бросили в стороне и не разрешали оказать ему помощь. Сказали, мол, этот долго не протянет.

 Весь день полковник лежал сам, без какой-либо помощи и ухода, с одной той повязкой, которую мы ему сразу наложили. Потом нас увели. Когда я узнал, что этот потрясающий офицер выжил, меня такая гордость за него взяла! Спасибо ему, в эти страшные дни он был для нас примером мужества”.

Игоря Гордийчука, находившегося без сознания, доставили в больницу Мечникова в Днепропетровске спустя двое суток после ранения машина “Красного Креста”.















С 1 сентября – уже полтора месяца Игорь Гордийчук находится в реанимации нейрохирургического отделения. Лучшие украинские нейрохирурги стараются поставить его на ноги. Но состояние полковника остается тяжелым.
За здоровье “Сумрака” надо молиться.

За проявленные в боях мужество и героизм, образцовое выполнение воинского долга, полковник Игорь Владимирович Гордийчук представлен к высшей государственной награде – званию Герой Украины.
Представление к званию Герой Украины поддержал министр обороны Валерий Гелетей.

Однако наградной отдел Администрации президента решил иначе.
И Указом Президента Украины от 8 сентября 2014 года полковника Гордийчука наградили орденом Богдана Хмельницкого 3-й степени.
Игорь Гордийчук воевал не за ордена. Отметить его подвиг по достоинству необходимо не ему – необходимо всем нам. Это всей Украине надо знать и помнить имена героев, необходимо изучать, как защищали они нашу Родину. Это история и урок для будущих поколений.

Большинство героев обороны Саур-Могилы вообще не представлены к каким-либо государственным наградам и воинским званиям.
Поэтому прошу украинское общество поддержать требование к Верховному Главнокомандующему утвердить представление Минобороны и Генштаба на звание Герой Украины. Это будет честно и справедливо. Это дело каждого из нас. 
Источник 

Комментариев нет:

Отправить комментарий